Примерное время чтения: 13 минут
1270

«Их доле не позавидуешь». Историк о стереотипах об уфимском дворянстве

Доктор исторических наук, профессор Булат Азнабаев недавно выпустил монографию «Уфимское дворянство в XVII – первой трети XVIII веков». В интервью UFA.AIF.RU он рассказал, какие аристократические семьи попадали в наш край, почему они жили небогато, как складывались их отношения с башкирами и может ли появиться «новое дворянство».

Булат Азнабаев Фото: Музей истории Уфы

Вся жизнь – дело чести

Анатолий Мищенко, UFA.AIF.RU: Булат Ахмерович, если начинать с самого простого: кто такие дворяне?

Булат Азнабаев: Все служилые люди до Петра I делились на две неравные группы. Первая – служилые люди по отечеству, у которых статус передавался от отца к сыну, к ним мы относим как раз дворянство. Вторая – приборные служилые люди, то есть те, которые нанимались. Это стрельцы, пушкари и другие многочисленные категории. Но всё-таки основу составляла именно дворянская конница. Стрельцы служили за деньги, а дворяне – за честь. Жалование они получали эпизодически – только в случае военных действий или когда нужно было кого-то поддержать. Считалось, что они служат за поместье. Но при этом ответственность за исполнение своего долга перед государством возлагалась на честь дворянина. Поэтому это была настоящая опора русской армии в отличие от стрельцов, которых ничего не держало.

Понятие чести тогда, кстати, сильно отличалось от образца XVIII-XIX веков. В допетровскую эпоху она рассматривалась как достояние рода, а не отдельного человека. Если дворянин совершал преступление на службе или вел себя недостойным образом, за это отвечали все сородичи, они могли быть понижены в статусе. В отличие от европейского русское дворянство ранжировалась строго по системе местничества: прописывались положение, статус каждой семьи. Именно поэтому в то время не было дуэлей. Но такая система имела и свои неудобства: получение должностей в армии, на госслужбе зависело не от качеств человека, а от положения его рода.

– Как менялась эта система?

– Первым, кто задумался об этом, был Иван Грозный, который на время военных действий назначал тех, кого он считал соответствующим должности. А полностью местничество уничтожает Петр I, который официально вводит новую систему назначений «Табель о рангах». Теперь должности определялись по качествам человека, его индивидуальным заслугам. Казалось бы, победил разум, но тем самым была отменена родовая честь. Период после Петра вплоть до Екатерины II – время деградации дворянства. И наиболее ярко это проявилось во время Пугачевщины. Дворяне, которые должны были отвечать за оборону от повстанцев, очень часто сдавали города только потому, что у них появлялся шанс сохранить жизнь.

Екатерина II возвращает представление о чести, издав Жалованную грамоту дворянству в 1785 году. Опять возвращается идея высшей ответственности дворянина перед обществом, но теперь уже не родовой чести, а индивидуальной. Однако и дворяне стали выдвигать требования к государству. Прямым следствием Жалованной грамоты стало движение декабристов. Они не появились бы в условиях доекатерининской России.

В Уфу – за провинности

– Дворяне были элитой, служилой и воинской. Но при этом, насколько я понимаю, они все-таки не стояли вровень с боярами и старой знатью?

– Да, дворянство – это родовой служилый слой. Не придворные чины, не стольники, не бояре. Это те, кого называли городовые дети боярские или городовые дворяне. То есть низший слой аристократии. Все главные фамилии уфимского дворянства – это люди высокопоставленных родов. Возьмем Аничковых, например, знаменитый Аничков мост связан с их родом. Те же Артемьевы, Гладышевы, Черниковы-Анучины (Черниковка в названа в честь них). Но они попали в Уфу недобровольно, при основании города. Ведь он был оторван от ближайших русских крепостей, Самары и Казани, на 600 километров. Обычно крепости строились на расстоянии максимум 100 километров друг от друга, чтобы помогать друг другу в случае нападения врагов. Поэтому для гарнизона это, в общем-то, такой элемент обреченности.

Уфимские дворяне – это люди даже не осужденные, таких отправляли в Сибирь, а те, кто попал в опалу, в чем-то повинные. Что-то не то сказал. Или подозрение в участии в заговоре. То есть обвинить нельзя, но оставлять рядом тоже опасно. Вот Уфа состояла в основном из таких родов. Классический пример – основатель Уфимской приказной избы, дьяк Афанасий Власьев. Он был канцлером российского государства и первым человеком при Лжедмитрии I в начале 17-го века. То есть входил в тройку самых влиятельных людей России. Но после того, как Лжедмитрия убили, он оказался в ссылке в Уфе и здесь фактически выступал как воевода. Вел официальный аппарат, документацию и так далее. Основная масса тех, кто здесь оказался, - это люди, похожие на Афанасия. Вполне родовитые семьи.

– Непосредственно, в нашем крае, в Башкирии, помимо военных, какие еще функции возлагались на местное дворянство?

– Такие, где нужна ответственность, ведь они все делали по чести. Основная задача все-таки была управленческая. Например, именно дворяне выполняли функции сбора ясака с башкир, стрельцам такие вещи не доверяли. Дворяне управляли дворцовыми волостями Уфимского уезда. Дело в том, что территория в основном находилась во владении башкир-вотчинников. Но есть земли, которые оказались так называемыми выморочными, то есть потерявшими владельца, они передавались дворцовому ведомству. И у нас, например, под Уфой огромное село было Богородское, сейчас часть Черниковки, там есть улица Сельская Богородская. Это как раз дворцовое село. И таких было довольно много на территории Уфимского уезда. Кстати, Архангельское дворцовое село – это будущий Бирск.

Дворяне также занимались дипломатической службой, активно привлекались для посольской миссии. Почти весь XVII век Уфа служила центром переговоров с калмыками, когда они еще не были подданными России. Кроме того, дворяне командовали стрельцами: по одному на каждую сотню. Во главе всех становился стрелецкий голова, из местных уфимских дворян.

В одном войске с башкирами

– Были ли случаи, когда дворянство набиралось либо из местной знати, либо из других сословий?

– Основная масса дворянства переселяется в Уфимской уезд в конце XVI – начале XVII века, и здесь никогда не было больше 200 дворян. Это объясняется чисто экономическими причинами. Дело в том, что каждому дворянину, в отличие от стрельца, полагается поместный оклад, то есть земельные наделы, довольно большие по тем временам. Когда крепость основывали в конце XVI века, то по соглашению с башкирами по территории Уфы была определена четкая площадь. Это круг радиусом 40 километров. Все остальное за пределами этого радиуса осталось во владении башкир. На таком пространстве можно было разместить поместья не больше 200 человек. Поэтому представителям других сословий очень редко удавалось пробиться в список дворян: своих было девать некуда. Как правило, в семье два-три сына. Их надо устраивать на оклады своих отцов. Поэтому даже не все дворянские дети могли получить шанс заменить отца.

– Как складывались отношения дворянства с башкирами на протяжении XVII века?

– Они сталкивались довольно в ограниченных ситуациях. Во-первых, когда дворяне собирали подати, ясак. Причем они имели дело не со всеми башкирами, а, как правило, родовыми старейшинами, которые отвечали за сбор ясака со своих волостей. Вторая ситуация – это когда они вместе выступали как вооруженная сила. Например, с 20-х годов XVII века начинаются вторжения в Башкирию со стороны Монголии новых агрессивных кочевников – калмыков. И тогда башкиры и дворяне очень часто совместно участвовали в боевых действиях. Уфимский гарнизон – в основном пехотный, башкиры – больше конница. Благодаря слаженности им удавалось отбросить калмыков от центральных селений Уфимского уезда. Боевое сотрудничество довольно активно развивалось весь XVII век. Башкир направляли и на внешние рубежи, например, в Русско-польской войне (1654—1667 гг.) за Украину, они служили, как правило, вместе. Местные дворяне и башкиры составляли единые военные подразделения. В принципе они друг друга знали. Многие уфимские дворяне хорошо владели башкирским языком.

В период Смуты, когда началось патриотическое движение за освобождение Москвы, уфимцы тоже участвовали в защите государства. Во втором ополчении были и башкиры. Они под Нижним Новгородом выступали против сил, которые защищали польско-литовскую власть.

Самые нищие из всех

– Насколько дворяне были богаты? Существует представление, что у них всегда было много денег.

– Да, это стереотип: провинциальное дворянство никогда особо богатым не было. Денег много было у столичных представителей придворной знати, а уфимцы – самые нищие среди провинциальных отрядов. Такова специфика края. Основное богатство – земля, а в Уфе резерв был очень маленький. Поэтому более или менее нормальные деньги дворяне получали не от своих поместий и хозяйства, а от службы. Когда им платили, например, за участие в охране границ. Земледелие, поместья давали хлеб. В XVII-XVIII веках больше денег приносили промыслы. На территории Башкирии самый выгодный – это пушная охота. Зверя было здесь очень много. Шкурка куницы стоила в XVII веке 45 копеек. Или, например, мед, бортничество, тоже местный промысел. Этим занимались все, потому здесь огромное количество липовых рощ. 10-килограммовая бочка меда стоила рубль. Это ровно столько, сколько нужно взрослому мужчине на питание в течение года. Поэтому башкиры как раз таки знали, где брать деньги, продавая пушнину, мёд, а дворяне часто пытались у башкир получить эти промыслы в аренду. Брали леса, охотничьи угодья, бортные деревья и так далее, и потихоньку сами к этим промыслам приучались. Ведь им необходимо было на что-то покупать, например, еще и снаряжение для службы – от государства они его не получали. Боевых лошадей, кольчугу и холодное оружие – они должны были все это приобретать за свой счет.

Служба была пожизненной, никакой пенсии не существовало, и человека до последнего эксплуатировали.
АиФ

– Существует также стереотип, что дворянство угнетало крестьян. Как складывались отношения этих сословий в нашем крае?

– Стереотип о крепостном праве во многом обязан своим появлением XIX веку и великой русской классической литературе, которая описывала именно те времена. Что касается XVII века, это время, когда, таких жестких форм эксплуатации не существует. У уфимского дворянина, представьте себе, в среднем пять крепостных мужиков. А у большинства вообще нет. Сами пашут землю, сами ведут хозяйство, а еще и служат. Крепостной крестьянин только пашет, никто его не заставляет рисковать жизнью на войне. А дворянин себя должен хозяйственно обеспечивать. И в то же время каждый по первому зову является на службу, где они не шагистикой занимаются, а голову подставляют под реальные угрозы. Поэтому я всегда считал дворянство самым обременённым сословием. Никому так не было тяжело. Служба была пожизненной, никакой пенсии не существовало, и человека до последнего эксплуатировали. Если он физически уже не мог, его сажали куда-нибудь сторожем в приказную избу или обходчиком города, смотреть за порядком. Но из них выжимали последние соки. Поэтому я повторяю, мы живем стереотипами, образами, навеянными в XIX веке. Сохранились, например, списки приданного дворянских невест XVII века: крестьяне иногда больше давали со своими дочерьми, чем дворяне. Полная нищета. Их доле точно не позавидуешь.

Ушло навсегда или нет?

– Для дворянства катастрофическим стал уже XX век. Как в это время сложилась судьба уфимских дворян?

– Я не большой специалист по XX веку. Знаю только по отдельным фрагментам, что значительная часть уфимских дворян приняла участие в Гражданской войне на стороне, прежде всего, армии Колчака, поскольку Уфа входила в сферу его военных действий. И когда началась Уфимская операция армии Фрунзе, как раз, вы знаете, Уфу брала Чапаевская дивизия, то значительная часть дворян ушла вместе с Колчаком в Сибирь. И что интересно, они вывезли полностью архив Уфимского дворянского собрания, что для историков, конечно, очень печально, потому что там были бесценные документы, и архив этот до сих пор не найден. Может, он в Америке, может, в Китае где-то застрял. И интересно, что значительная часть уфимских дворян и вообще уфимских эмигрантов, поскольку они попали в Сибирь, на Дальний Восток, осела потом в Харбине - на территории КВЖД (прим. – Китайско-Восточная железная дорога), которая не подчинялась советской власти в то время. Уфимская община в Харбине была самой большой из русских. А  после того, как КВЖД Советский Союз, так сказать, присоединил, многие уехали либо в Америку, либо в Австралию. Там следы уфимских дворян теряются.

– Сейчас периодически всплывает некий образ «нового дворянства».  Его применяют то к силовикам, то к кому-то ещё. Как вы относитесь к таким перспективам?

– В первую очередь, дворянство – это ответственность. Которая основывается на представлении либо родовой, либо личной чести. Именно это подразумевает высшая форма ответственности. Человек боится не наказания, а именно стать бесчестным.

То, что я сейчас говорил, это о большинстве, идеальное представление. Нельзя сказать, что, например, в XVII веке среди дворян не было безнравственных людей, безответственных, бесчестных, но их наличие как раз подтверждает общее правило. Приведу один случай: уфимского дворянина Ивана Лопатина обвинили в бесчестных поступках другие дворяне. На том основании, что он не является на службу, это, кстати, серьезное основание, а второе – то, что он вместе с крестьянами села Богородское, того самого в Черниковке, ловит рыбу, играет в шахматы и бьется в кулаки. Для дворянина такая коммуникация с представителем крестьянства уже считалась формой неадекватного поведения.

Сейчас некоторые постмодернисты говорят, что мы возвращаемся к архаике. Вслед за выражением господства разума мы вполне можем обернуться к сословным временам. Но дворянство – это ведь институт, который возникает все-таки как требование общества. То есть должна быть элита, которая несет ответственность в первую очередь перед социумом.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах