Примерное время чтения: 11 минут
2399

«Барский особняк» из кирпичей храма. История элитного дома в Уфе

Айдар Арсланов / Википедия

90 лет назад началось строительство уфимского дома специалистов, который сравнивают со знаменитым московским Домом на набережной.  Его стены собрали из кирпичей разрушенного Воскресенского собора, а квартиры в нем получила культурная элита. Сейчас это нестандартное по архитектуре здание буквально облицовано мемориальными досками с именами известных личностей, живших в нём в разное время. О том, как возводили здание и как сложилась судьба некоторых жильцов, в материале UFA.AIF.RU.

«Так жили они, теперь будем жить мы»

«Дом специалистов» - так в СССР называли многоквартирные дома повышенной комфортности, возводимые в 30-е годы согласно принятому в марте 1932 г. постановлению СНК СССР и ЦК ВКП(б). «Строительство дома специалистов в Уфе - серьёзное дело, ибо оно связано с постройкой моторного и котлотурбинного гигантов и перспективами дальнейшей индустриализации», - писала в апреле 1932 г. газета «Красная Башкирия».

- Строительство пятиэтажного дома в стиле постконструктивизма началось в 1933 году, застройщиком выступил трест «Башжелдорстрой», - рассказывает журналист и краевед Рашида Краснова. - В 1936 году ввели в строй и заселили корпус, выходящий на улицу Зенцова (ныне – Ленина). Материалом для стен стали кирпичи разобранного главного храма Уфы - Воскресенского кафедрального собора. Населять его должны были служащие министерств, совнархоза и пр., но из этой категории были только семьи архитекторов Барыя Калимуллина и Мастюры Сахаутдиновой. Остальные представляли культурную элиту – актёры, писатели.

- Изначально архитекторы Георгий Вагин и Алексей Филонов видели жилой комплекс в виде конструктивистского каре, - рассказывает заслуженный архитектор Башкирии, профессор УГНТУ Константин Донгузов. - Но в начале 30-х в советской архитектуре происходит разворот от авангарда к неоклассике. Она как нельзя лучше отвечала вкусам новых горожан, вчерашних сельчан: они видели в ней свой идеал – барский особняк в классическом стиле XIX века: «Так жили они, теперь будем жить мы».

Поэтому в 1935 году авторы переделали проект, а Барый Калимуллин, осуществлявший надзор за проектированием, повёз его на утверждение в Москву. Там он прошёл на «ура», сразу дали и финансирование, и лимиты на стройматериалы (чего раньше не могли добиться). От первоначального проекта остались вертикальные витражи остекления лестниц и обилие горизонтальных окон. Не отказались от общественных пространств – например, помещения для занятий детей. Оно функционирует и сегодня.

- Средств для дальнейшего строительства не хватало, и в 1939-м дом включили в госпрограмму финансирования празднования 20-летия БАССР, -  продолжает Рашида Краснова. – Так у него появилось второе название - «Юбилейный». Третий корпус, по улице Советской, достроить не успели из-за войны, его пришлось наскоро заканчивать уже в 1942-м архитекторам Топузу и Плеханову. Уфа приняла много мобилизованных, поэтому вместо двух 4-5 комнатных квартир на площадке стали делать три 2-комнатных меньшей площади.

Простор для «полётов»

Семья архитектора Калимуллина получила четырёхкомнатную квартиру на первом этаже. «Большая гостиная служила отцу мастерской, - вспоминает дочь Динара Барыевна. - Когда нужно было срочно доделать проект, он с коллегами проводил там бессонные ночи. Работа кипела, а мы с мамой, дедушкой, бабушкой и братом спокойно спали в своих комнатах».

В довоенные и военные годы в культовом доме получили квартиры артисты Гималетдин Мингажев, Арслан Мубаряков и Рагида Янбулатова, поэты Габдулла Амантай, Рашит Нигмати, Кадыр Даян, писатель Даут Юлтый. Его дочь Нинель, в будущем известная балерина и педагог, вспоминает, что у отца был отдельный кабинет, а у них с братом - по комнате. В широком коридоре стояло большое зеркало, перед которым Нинель репетировала.

Семье Нигмати выделили комнату в большой квартире в последнем корпусе. «Вошли в чёрный подъезд, лифтовая яма - без лифта, - вспоминает переезд дочь поэта Флорида Рашитовна. - Отец держит меня за руку и прижимает к стенке (перил-то нет), поднимаемся на четвёртый этаж». Из-за спешки при строительстве, связанной с наплывом эвакуированных, не установили не только лифты, но и балконные перила. Для семьи это едва не обернулось трагедией.

- Флорида Рашитовна вспоминала эпизод: мать приболела, отец ушёл по делам. На её, шестилетки, попечении остался маленький, едва научившийся ходить братик Нур, - рассказывает Рашида Краснова. - Малыш ползал по комнате, но вдруг оказался на балконе и навалился на лист фанеры, заменявший перила. Флорида схватила его за ноги, но сил было маловато: вместе с листом Нур спланировал вниз. Когда перепуганная девочка спустилась во двор, малыш так и лежал на фанере, изо рта сочилась кровь. Флорида принесла его домой, где, почуяв беду, очнулась мать. Схватив сына, она побежала в больницу на Тукаевскую. К счастью, всё обошлось.

Аналогичный случай описывала народная артистка СССР Гюлли Мубарякова, проживавшая в этом доме с родителями. «Мы занимали две комнаты в квартире на четвёртом этаже, балкон выходил на улицу Ленина, - вспоминала Гюлли Арслановна. Помню, летним днём мама прилегла отдохнуть, а меня (мне было меньше двух лет) уложила рядом. Но мой пытливый нрав погнал на открытый балкон: с улицы доносились голоса прохожих, пение птиц, распевался сосед, оперный певец Габдрахман Хабибуллин. Я смело ступила на балкон… Ещё шаг – и случилось бы непоправимое. Но тут я почувствовала мамины руки. По её словам, она задремала, но в тот момент, как я собралась «шагнуть» вниз, словно кто-то толкнул её».

Дом специалистов в Уфе
За рулем мотоцикла Мингажев Виль, сын артиста и отец Тимура. Маленький мальчик у мотоцикла - Ринат Ахмадеев, будущий знаменитый врач-уролог. Фото: АиФ/ Константин Донгузов

Недолгое счастье

Cценарист Гульсясяк Саламатова рассказывает, что многие из числа первых жильцов попали в жернова сталинских репрессий. В июле 1937 года сотрудники НКВД пришли за Даутом Юлтыем, чуть позже – за его женой. Нинель увёз в Ленинград, в училище им. А. Вагановой балетмейстер Александр Ширяев, а  её брата отправили в Бузулук.

Врагами народа объявили и соседей Юлтыевых – семью директора Башкирского института национальной культуры Габдуллу Амантаева. В феврале 1937 года большое семейство отпраздновало новоселье, а уже в августе Габдуллу Сахипгареевича сняли с должности, исключили из партии как «популяризатора и покровителя врагов народа, буржуазных националистов, троцкистов, бухаринцев», обвинили в «протаскивании антипартийных националистических взглядов в вопросах башкирской национальной литературы, допущении грубых политических ошибок». В 1938 году суд приговорил Амантая к расстрелу с конфискацией имущества.   

А художественный руководитель Башкирского драмтеатра Макарим Магадеев и вовсе успел лишь перевезти в новую квартиру вещи. Он ещё проживал по прежнему адресу, и когда сотрудники НКВД явились туда с ордером на арест, им пришлось срочно выписать другой.

Дом специалистов стал первым уфимским пристанищем скульптора, автора памятника Салавату Юлаеву Сосланбека Тавасиева: помимо квартиры ему выделили в пользование полуподвальное помещение, где он оборудовал мастерскую.

Дом специалистов в Уфе
На заднем плане - легендарный фонтан во дворе дома Ленина. Фото: АиФ/ Константин Донгузов

Делили метры со знаменитостями

Отдельная глава в истории дома – Великая Отечественная война. Наряду с промышленными предприятиями в Уфу были эвакуированы Академия наук Украины и Киевский театр оперы и балета им. Т.Шевченко. Приезд знаменитостей поверг жильцов в «культурный шок». «Таня, дочь покойного инженера горкомхоза Владимира Семёновича Бондарева, сообщила: «В папину комнату поселили поэта Павло Григорьевича Тычину!», - вспоминает краевед Борис Попов. - Олег, сын профессора сельхозинститута Александра Степановича Шутко, гордо преподнёс: «А к нам приехали артисты Киевского театра, сам Иван Сергеевич Паторжинский и Мария Ивановна Литвиненко-Вольгемут. Им отвели самую дальнюю комнату - папин кабинет». Спустя какое-то время появился анонс оперы Гулак-Артемовского «Запорожец за Дунаем». Мы к Олегу: «Попроси у Паторжинского контрамарки». Вскоре они у Олега были, и мы сидели в ложе бенуара и слушали двух замечательных певцов». Как-то мы втроём зашли к Татьяне, топчемся у двери. В прихожую вышел Павло Григорьевич. Заговорил, стал спрашивать, где и как учимся. Потом вынес красные пластиковые звездочки с булавками и подарил нам».

В Уфе Тычина плодотворно трудился. В 1943 году под впечатлением героического рейда Башкирской кавдивизии генерала Шаймуратова в тыл противника на Донбассе он написал поэму «Гроза», в которой подвиг шаймуратовцев перекликается с героическими делами башкирских конников – участников Отечественной войны 1812 года.

Тычина интересовался башкирской литературой, изучал башкирский язык,  занимался переводами местных поэтов и высоко ценил творчество Мажита Гафури. В Уфе на украинском, русском и башкирском языках был издан труд «Патриотизм в творчестве Мажита Гафури». Гонорар от него поэт внёс в фонд обороны.

  

Уникальный и комфортный

- Дом построен по образцу элитного жилья рубежа XIX–ХХ века таких мировых столиц как Лондон и Париж и реализует важный принцип ансамблевой застройки центра, - говорит Константин Донгузов. - Он, как дворец, обрамляет классическими фасадами озеленённое общественное пространство или парк. В доме нет однокомнатных квартир: уже в 30-е годы они признаны неподходящим для нормальной жизни форматом. Высота потолков – 3,1 метра, а это кубатура, необходимая для хорошего микроклимата. Безусловное достоинство двух первых секций - так называемая «франкфуртская кухня» (проект австрийского архитектора Маргарете Шютте-Лихоцки). На площади всего 6,5 кв. м всё подчинено рациональной цели: вытянутая форма кухни (ширина 1,9 м) позволяет более чем вдвое сократить метраж, проходимый хозяйкой во время готовки, и обеспечить максимальную доступность всех локаций. Принципы эргономики пространства, разработанные Лихоцки, легли в основу современной встраиваемой кухни.

Кирпич и древесина - идеальная для здоровья конструкция, - утверждает Константин Александрович. - Здесь нет бетонных конструкций (исключение - монолитные перекрытия в зоне санузлов во избежание протечек и разрушений). Кирпичные стены толщиной около 65 см хранят естественное тепло, к тому же кирпич, в отличие от бетона, дышит. Сквозная ориентация квартир – фасады, выходящие на разные стороны - обеспечивает естественную вентиляцию. В каждой ванной комнате - окно на улицу, что даёт естественное освещение. Проблема у дома одна – старая система отопления.

Строительство дома частично не завершено до сих пор. В первых двух корпусах нет лифтов (но есть лифтовые шахты), в некоторых спальнях отсутствуют балконы (при наличии балконных дверей, которые некоторые жильцы заложили кирпичом). Зато в начале 50-х благодаря усилиям жильцов двор превратился в цветущий сад с фонтаном.
Дом специалистов и сегодня сохраняет привлекательность и котируется на рынке недвижимости. Так, по данным риэлторов, 2-комнатная квартира 54 кв. метра на 4 этаже продаётся за 8,5 млн руб., 3-комнатные площадью 65 кв. метров – от 5 до 6,5 млн руб., 4-комнатная (94 кв.м) – за 11 млн руб.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах