В Бирском районе Башкирии есть место, где часто останавливаются проезжающие по дороге рядом. Оно считается по-настоящему святым. Когда-то здесь стояла уникальная церковь, и даже когда ее не стало, люди вновь и вновь шли сюда помолиться. Старинный храм цинично уничтожили руками чужаков, руководитель грязного дела сел в министерское кресло, а инициатор и заказчик остался не при делах. Ufa.aif.ru рассказывает, как все произошло.
Строили всем миром
Удивительная по красоте Покровская церковь в селе Гребени в нескольких верстах от города Бирска была построена в 1884 году. Главными благотворителями стали купцы Иван Стахеев и Александр Уткин. Недостающие деньги, а также яичный белок, добавляемый в глину для большей прочности кирпичей, собирали всем миром. По словам архитектора Александра Куфтерина, храм сочетал «приемы русского стиля образца XVII века с элементами готики» и являлся единственным подобным архитектурным сооружением во всей Уфимской губернии.
Последние священники Даниил Лобов, Александр Телегин и дьякон Павел Милицын служили в храме вплоть до его закрытия в 1936-м. Потом их арестовали, обвинив в шпионаже, антисоветской агитации и подготовке контрреволюционных преступлений. Невинных людей расстреляли 21 ноября 1937 года. Утварь и иконы, в том числе особо почитаемую «Плач Божьей Матери», спасли ещё в 30-е прихожане. Сейчас это святыня бирского Михайло-Архангельского храма.
В закрытой церкви устроили зерносклад колхоза «Урал». Но в дни религиозных праздников к ней по-прежнему приходили верующие с детьми, иногда приезжал священник из Бирска, что вызывало негодование партийных чинуш. Первый секретарь башкирского обкома Зия Нуриев во время поездок в свою родную деревню Верхнелачентау Бирского района или на северо-запад республики не мог миновать места, где собирались люди. И храм мозолил ему глаза.
Взорвали, а люди все шли
В 1960-е сюда стали приходить ещё и марийцы, которых постепенно становилось всё больше и больше в окрестных селах. В этом народе существовало двоеверие: наряду с традиционной марийской религией они исповедовали христианство, не видя в этом никакого противоречия. После исполнения православных обрядов возле старого храма, мари дружно шли совершать языческие.
Не сумев уговорами и угрозами отучить людей от религии, церковь летом 1967 года взорвали. По законодательству того времени сделать это можно было лишь по решению союзного совета по делам религий по представлению Совмина БАССР. Но, по словам местного историка Нины Рыбалко, нет ни одного документа, обосновывающего взрывные работы. Просто наняли шабашников-чужаков. Правда, те оказались дилетантами в саперном деле и церковь смогли разрушить только частично.
«Взрыв был такой силы, что грохот разнесся во всей округе», — вспоминал свои детские впечатления глава Бахтыбаевского сельсовета Радик Хасанов.
Один из официально работавших в те годы взрывников рассказал, что в Гребенях использовали ворованную взрывчатку. По документам она якобы ушла на производственные нужды треста «Башвостокнефтеразведка» в Бирске.
«Залетные строители не постеснялись просить разрешить им раскопать могилу священника, захороненного вблизи церкви, надеясь поживиться «закопанными драгоценностями», — рассказала со страниц газеты «Победа» в 1996 году Нина Рыбалко.
Начальству хватило ума отказать. И без надругательства над могилой в деле хватало уголовщины. Тогда озлобленные чужаки сбили надпись с могильного камня и теперь нельзя прочесть фамилию похороненного там священника.
Уцелевшие руины пытались снести тракторами. Но техника оказалась бессильна против кладки старых мастеров, а верующие вместе с детьми продолжали собираться. Особенно много их пришло в субботнее утро 14 октября 1967 года в престольный праздник Покрова Пресвятой Богородицы. После крестного хода у источника поблизости марийцы дружно, как на демонстрации, направились к своим священным рощам. Колориту добавило то, что женщины-мари были в ярких национальных костюмах.
Октябрь 1967-го — канун «50-летия Великого Октября», помпезно отмечаемый в стране победившего атеизма — и вдруг тут такое! Начальство всерьёз опасалось, что на «красный день календаря» к руинам в Гребенях снова придут люди, а марийцы устроят собственную «демонстрацию».
Взорвал храм — и в министры!
По свидетельству очевидца взрыва Бориса Прилуцкого, при взрывных работах в 1967-м присутствовали первые секретари горкомов КПСС и ВЛКСМ. Дело-то политическое! Но главное, инициаторами взрыва должны были выглядеть непременно местные власти, чтобы товарищ Нуриев оказался вне подозрений. Правда, дать команду об уничтожении храма в нарушение советских законов и приказать нефтяникам выделить взрывчатку мог в республике только он один.
Пост главного партийного начальника города и района тогда занимал Борис Фокин, направленный сюда Нуриевым из Нуримановского района. Отличительной чертой назначенца было рвение при выполнении поручений своего патрона, в том числе таких незаконных, как уничтожение уникального храма. Неспроста четыре созыва подряд, с 1963 по 1979 годы, товарищ Фокин избирался депутатом Верховного совета БАССР и даже ездил делегатом на XXIII съезд КПСС в 1966 году.
Заслуги Бориса Ивановича не забыли, и 4 марта 1970 года назначили министром топливной промышленности БАССР. Он получил квартиру в номенклатурном доме в центре Уфе и все полагавшиеся льготы и привилегии.
Несмотря на громкое название, Минтоп БАССР не имел отношение к нефти и газу, а занимался изготовлением саней, телег, тары, а также реализацией брикета и дров населению. Жившие тогда в частном секторе люди прекрасно помнят мучения с приобретением топлива для личных нужд. Не секретом было и то, что даже оплаченные дрова не давали вывезти без бутылки-другой пильщикам, которые, к тому же, умудрялись пропивать часть казенного леса. Причина подобного явления, помимо низкой зарплаты рабочих и тяжелых условий труда, заключалась в том, что за обеспечение населения дровами никто не спрашивал и за срыв планов не наказывал.
Память не убили
Партийное начальство упорно уничтожало следы Покровской церкви, а собираться верующих отучили силами милиции и дружинников. Сейчас на месте храма видны лишь остатки фундамента.
Чудом сохранилось несколько яблонь церковного сада с удивительно вкусными яблоками, пара старых крестов да могила священника, которую пытались разграбить озлобленные шабашники. Села Гребени тоже не стало.
В 2010 году здесь установили поклонный крест, на табличке которого, видимо по незнанию, написано, что храм уничтожен «местной советской властью». Приходиться признать, что верно просчитал последствия в далеком 1967 году Зия Нуриевич, а тот, кто в наши дни заполнял табличку, слабо представляет реалии советского времени.
Ни один местный партийный и советский руководитель без прямого указания первого секретаря обкома не мог решиться на взрыв или разборку культового сооружения. Свой «шесток» они знали хорошо.
Люди, проезжающие по старому тракту, нередко останавливаются у святого места. Партийным бонзам так и не удалось стереть народную память о Покровском храме. Потуги «ученых» атеистов оказались напрасными.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Собянин: завершена реставрация уникального храма XIV века в Свиблове 
К исконно родному. В третий раз обратился Форум «Хранители храмов России» 
Сохраняя чувство веры. Как Владимир Ресин воспринимает возведение храмов