aif.ru counter
227

В атаку с голыми руками. Ветеран рассказал, как приближал Победу

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 12. АиФ-Башкортостан № 12 17/03/2020
Сагит Гатиятович был единственным участником парада в честь 70-летия Победы из Башкирии.
Сагит Гатиятович был единственным участником парада в честь 70-летия Победы из Башкирии. © / Сагит Ишбердин / Из личного архива

Война для Сагита Гатиятовича Ишбердина началась в 1943 году на Курской дуге, а закончилась в 1945-м в Германии. Бывшему артиллеристу идёт 95-й год, но он без особого труда вспоминает эпизоды своей фронтовой биографии. «АиФ-Башкортостан» поговорил с ветераном о том, как добывалась Победа.

Торчали печные трубы

Светлана Беллендир, «АиФ-Башкортостан»: Сагит Гатиятович, вы прошли военными дорогами до самого Берлина. Где было особенно тяжело?

– В Белоруссии. Мы воевали в Полесских болотах: под огнём переходили с одного участка на другой, рыть окопы было невозможно. Штык в землю воткнешь – а там вода. Но народ в Белоруссии замечательный! Ведь немцы столько деревень сожгли, идёшь – нет домов, только печные трубы торчат. Но из каких-то подвалов, оврагов, траншей выбирались и бежали к нам навстречу женщины с детьми! Обнимали, плакали. Сами голодные, оборванные, ни крыши над головой, ни еды, а сами думают о том, чем бы нам, солдатам, помочь.

Я служил в артиллерии. До ранения был наводчиком, после госпиталя стал радистом. Наша дивизия прошла всю Белоруссию с тяжёлыми боями и потерями. Потом я не раз бывал в этой республике. В 2004 году по приглашению Александра Лукашенко в составе группы из Башкирии ездил в Минск. По сей день мне присылают оттуда поздравительные телеграммы.

А вот когда мы вступили в Польшу, там со стороны населения было другое отношение. Поляки и тогда красноармейцев не слишком уважали.  Но при освобождении той земли много наших товарищей полегло, поэтому больно смотреть, как современные власти Польши стараются об этом забыть.

– У вас много наград, в том числе солдатский орден Славы. За что вам его вручили?

– Знаете, я не могу сказать, что совершил какой-то подвиг, грудью закрыл немецкую амбразуру. Нет! Я просто приближал Победу. Война ведь такое дело – каждый свою работу выполняет. И мы, артиллеристы, также. Кто из пушки стреляет, кто поддерживает связь, кто следит за противником. Я просто честно выполнял то, что мне поручали.

Орденом Славы меня наградили, когда нашу дивизию перебросили в Померанский район. Восточную Пруссию окружили советские войска, а гитлеровцы пытались прорвать оборону. Мы, артиллеристы, отражали атаку. Тогда впервые  наши пушки были поставлены на прямую наводку против немецких танков – так мы не позволили немцам соединиться с основными силами. Вышли с боями на Балтийское море, а когда выполнили задачу, вернулись в район Франкфурта-на-Одере. В апреле 1945 года начался бой за Берлин. Наверное, я тоже кое-что делал – вот и наградили.

– А мирное немецкое население как к вам относилось?

– Когда мы вступили на немецкую территорию и шли до Одера, немцев почти не встречали – все убежали на Запад. Ведь их пропаганда кричала, что русские людей пожирают! Конечно, они старались с нами не встречаться. Уже потом, после войны, когда нас отправили в военный лагерь города Эрфурта, доводилось общаться с населением. Несколько раз проводили облаву – ходили по квартирам, проверяли документы. Если находили членов нацистской партии, арестовывали, конечно. Так и зачистили территорию от нацистов. Но особой злости или враждебности от немцев не чувствовали. Хотя кто знает, может, у них внутри всё это было…

«Нет у нас огурцов!..»

– Как было с вооружением, снарядами? Некоторые историки пишут, что наши солдаты шли в атаку чуть ли не с голыми руками…

– В 1943 году была такая беда. Из-за этого мы не могли сделать хорошую артподготовку и подавить огневую точку противника. Пехотинцы поднимаются в атаку – а немцы встречают их миномётным и пулемётным огнём. Иногда даже до первого окопа добраться не удавалось! Командир батальона требует от артиллеристов: «Дайте огня!». А те отвечают: «Нет у нас огурцов!» (огурцами снаряды называли). В конце войны всё было иначе: снарядов было столько, сколько надо.

– Наверное, и товарищей приходилось хоронить…

– Приходилось… Да не всегда удавалось! Идёт бой, бежим вперёд. Кого успевали, хоронили. До сих пор в памяти случай, как раненый солдат, лёжа на земле, умолял: «Дайте воды!» Только хотел ему флягу протянуть, командир как закричит: «Не отвлекайся! Вперед!». Всю жизнь это вспоминаю, надеюсь, санитары его вытащили.

– После войны часто встречались с однополчанами?

– До 1990 года регулярно. Последняя, самая незабываемая встреча была в Ленинграде: мы гуляли по Дворцовой площади, посещали музеи… Потом, когда распался Советский Союз, многие оказались за рубежом – ветераны Украины, Белоруссии, Казахстана… Разве мы могли подумать, что между нами встанут границы?

В нашем взводе служили парни из Армении, Чувашии, Москвы. Во время войны все были братьями. Поэтому больно видеть, что творится на Украине. Ведь эта страна, как и Белоруссия, страшно пострадала от войны! Немцы при отступлении уничтожали и сжигали всё, что могли. А сейчас идёт разговор, что украинцы сами себя освободили…

После войны разрушенной Украине помогала вся страна. Башкирия тоже не осталась в стороне: наши комсомольцы ездили восстанавливать ДнепроГЭС.  А сельчане колхоза «Красный партизан» Учалинского района погнали на Украину стадо коров, чтобы помочь местным колхозникам! Представьте себе – пешком! Они добирались долго, переходили водные преграды. Вот она, дружба народов! Помогали после войны и многим странам, вставшим на путь социализма.

Поэтому мне непонятно, чему сегодня многие из них относятся к нам недружелюбно. Конечно, обстановка в мире напряжённая, снова проблемы, горячие точки: Турция, Сирия… Всё это меня очень волнует. Главное, чтобы не было большого конфликта! Но я уверен, что никто не посмеет поднять на нас оружие.

В 2015 году меня как делегата от Башкортостана направили в Москву на парад Победы. Обратил внимание на современное вооружение, особенно на артиллерийские расчеты. Меня поразили длинные стволы, которые могут за два-три километра поразить любую цель. Конечно, в годы войны у нас ничего подобного не было.

Детям войны и сегодня нелегко

– Сагит Гатиятович, какие проблемы особенно тревожат ветеранов? Как им живётся? Ценит ли государство своих победителей?

– Лично я не могу жаловаться на жизнь. Мы, ветераны, фронтовики, достаточно обеспечены, получаем хорошую пенсию, имеем возможность лечиться в специальном госпитале. Но все же считаю, что старшее поколение, пенсионеры, те же «дети войны» оказались в не совсем благоприятном положении. Обидно, когда люди, вынесшие все тяготы войны, пережившие оккупацию, получают 9-10 тысяч рублей, не имеют никаких льгот. Несправедливо, что в той же Германии пенсионеры могут себе позволить путешествовать, а большинству наших стариков это недоступно. Простым пенсионерам, детям войны живётся нелегко, вот их и надо поддерживать.

– А что думаете о современной молодежи?

– Про молодёжь ничего плохого сказать не могу: растут грамотные, культурные ребята. Нас, стариков, уважают. Это радует. Конечно, есть те, кто не вписывается в нормы общества, но таких мало. Волнует другое: я хочу, чтобы молодёжь изучала историю страны, помнила о героях, не забывала имена выдающихся полководцев: Жукова, Конева, Рокоссовского. Сейчас многие вспоминают прошлое только с отрицательной стороны. Например, когда речь идет о 30-х годах, рассуждают только о репрессиях. Да, всё это было. Но нельзя забывать и о том, какой рывок в индустриальном развитии сделала наша страна в первые пятилетки.

После окончания Гражданской до начала Великой Отечественной войны прошло всего двадцать лет, а сколько всего построено! ДнепроГЭС, Магнитка, Челябинский тракторный завод, Московский автозавод, другие предприятия. Для этого были мобилизованы все внутренние ресурсы, никто не ждал помощи от иностранцев. А сейчас в стране много ли действующих фабрик и заводов? В те времена не было миллиардеров. Директора получали столько же, сколько квалифицированные рабочие: сталевары, шахтеры… Никто не вывозил миллиарды за границу.

– Приближается 75-я годовщина Победы. Помните 9 мая 1945 года?

– Конечно, день был незабываемый. Когда пал Берлин, нас, артиллеристов, отправили ещё дальше на запад. Немцы продолжали сопротивляться, мы с ними боролись. 7 мая остановились на лесной опушке. Нам приказали занять огневую позицию, ждать команды. Но было как-то странно: нет стрельбы, кругом тихо!

Восьмого числа мы начали разговаривать меж собой: неужели немцы сдались? Но наши командиры строго предупредили: пока никаких извещений нет, не теряйте бдительности! В неизвестности провели два дня, а девятого утром сообщили, что подписан акт о капитуляции. Что тут началось! Конечно, «Ура!» да «Ура!» У кого какое оружие было – всё начали в небо стрелять. Ликование такое – не описать! Два дня жили как во сне.

– Как в этом году планируете провести 9 Мая?

– Каждый год хожу в парк Победы и на парад. С трибуны смотрю на шествие «Бессмертного полка», вспоминаю однополчан. В этом году, если позволит здоровье, тоже пойду. День Победы для меня – главный праздник.

Досье
Сагит Ишбердин родился в 1925 году. В январе 1943 года призван в Красную армию. После войны работал сельским учителем. Возглавлял исполкомы Бурзянского, Белорецкого и Абзелиловского районов. Награждён орденами Славы, Отечественной войны, двумя орденами Трудового Красного Знамени и «Знак Почета», боевыми и трудовыми медалями. Почётный гражданин Абзелиловского района.

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах