802

Не наша Победа? Историк из Уфы – о том, кому выгоден пересмотр итогов ВОВ

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 18. АиФ-Башкортостан № 18 10/05/2021
Евгений Халдей / Commons.wikimedia.org

В 2021 году исполняется 76 лет со дня Великой Победы. За эти годы выросло несколько поколений, представления о Великой Отечественной у них довольно сильно разнятся. Что сегодняшняя молодёжь знает о том трагическом периоде жизни страны? Как преподносят его в современных учебниках? Откуда расхождения в оценках роли генералиссимуса Сталина и маршала Жукова? Почему на Западе образ советского воина-освободителя сменился образом оккупанта? Об этом и многом другом мы беседуем с историком, преподавателем БашГУ Эдуардом Шиляевым.

Эдуард Шиляев

Эдуард Шиляев Фото: Из личного архива

Досье
Эдуард Шиляев родился в 1969 году в Уфе. Доцент кафедры истории России, историографии и источниковедения БашГУ. Кандидат исторических наук.

Наше всё

Игорь Егоров, «АиФ-Башкортостан»: – Эдуард Юрьевич, приближается День победы. В России этот праздник особо популярный. На ваш взгляд, насколько он вообще актуален в наши дни?

Эдуард Шиляев: – 9 мая – не просто великий праздник. Это наше всё. Война унесла жизни 26,6 млн человек. Потери РСФСР составили 48% всех потерь СССР. Из них 13,6 млн – это потери мирного населения на оккупированной территории, то есть каждый пятый погиб в результате карательных операций, холода, голода, издевательств. 2,1 млн наших соотечественников погибли в изгнании на принудительных работах. Колоссальные, страшные цифры! Поэтому память об этой войне, как и сам праздник Победы, на мой взгляд, очень актуальны. Мы должны помнить о том, что, несмотря на перенесённые страдания и горечь потерь, остались людьми. Мы имели полное право не оставлять в живых ни одного немца – мстить до конца и беспощадно, как призывали появившиеся в июле 1942 года произведения: стихотворение Константина Симонова «Убей его!» и статья Ильи Эренбурга «Убей!». Но русские другие: мы страшны в драке, а когда побеждаем, помним о милосердии и благосклонны к врагам.

– А что помнят и знают современные россияне о войне – та же самая молодёжь, студенты. Что их больше волнует, интересует?

– Могу уверенно сказать, что растёт достойное поколение – свободные и целеустремлённые люди, патриоты своей Родины. Они хорошо знают историю войны, неплохо ориентируются в нюансах: кто-то в большей, кто-то в меньшей степени. На формирование мировоззрения оказывает влияние не только учебник и педагог-наставник, но и социальная среда – семья, друзья, национальные и конфессиональные особенности, массовая культура и даже информационные технологии. Последние, в свою очередь, позволяют удовлетворить любой запрос – от компьютерных «танчиков» до глубокой исторической реконструкции. Что касается интересов, могу выделить три главные темы: «вклад моей семьи в Победу», военная повседневность и извечный вопрос о «благородстве на войне», его морально-нравственная природа и проявления по разные линии фронта.

Новые трактовки

– Что нового появилось в изучении истории войны? Есть ли новые направления в исследованиях?

– По моему глубокому убеждению, сейчас в исследованиях на роль прорыва претендуют два направления: Великая Отечественная война в визуальной истории и война глазами конкретных людей – солдата, танкиста, военного моряка, медсестры, партизана, военнопленного. То есть уклон всё больше в историю повседневности и попытку услышать голос каждого человека, прошедшего войну. На мой взгляд, сегодня тон задают известный историк Алексей Исаев и писатель Артём Драбкин. Рекомендую всем почитать.

Страны СНГ используют память о войне для утверждения собственной национальной идентичности.
АиФ

– Изменилось ли преподавание темы войны в школах в России и на постсоветском пространстве?

– Сложный вопрос. Прежде всего, разная трактовка событий отмечается в школьных учебниках стран СНГ. Ещё лет 20 назад победа над Германией позиционировалась как единая заслуг всех народов СССР. Сейчас историческая картина имеет другой оборот. Страны СНГ используют память о войне для утверждения собственной национальной идентичности. Складывается впечатление, что противнику противостоял не СССР, а конгломерат наций. В пример можно привести диспут о том, кто первым водрузил Знамя Победы над Рейхстагом. В российских учебниках это Михаил Егоров и Мелитон Кантария, в пособиях Казахстана – Рахимжан Кошкарбаев и Григорий Булатов, в Азербайджане – группа лейтенанта Алекпере Меджидова, водрузившая знамя над Бранденбургскими воротами. В странах Балтии и Грузии пошли ещё дальше, полностью отвергнув решающую роль СССР в победе над нацизмом. Там действия Красной армии после 1944 года вообще расцениваются как захватнические.

Провалы в памяти

– Если такая тенденция у наших ближайших соседей, что говорить о Западе?

– За последнее время память о Второй Мировой на Западе практически демилитаризована и дегероизирована, как будто мы говорим о разных войнах. Кощунственно, например, звучит мысль о равной ответственности Гитлера и Сталина за развязывание войны. Не менее дико читать про десятки тысяч изнасилованных немецких женщин. При этом называются конкретные цифры, смакуются подробности. Всё это было, никто не отрицает. Но нужно понимать, что война – дело неблагородное. Она делает отдельных людей беспощадными и озлобленными. В качестве примера – история сержанта Дмитрия Кохановского. В июле 1945 года он в группе солдат совершил несколько преступлений против мирного немецкого населения, мотивируя это местью за погибшую семью. В самом начале войны фашисты зверски убили его родителей, жену и пятилетнюю дочь. Впоследствии Кохановского лишили всех званий и наград. Вот такая трагичная история.

– Если война не облагораживает ни одну из сторон, почему действия СССР расцениваются как захватнические?

– Однозначно, здесь немалую роль играет политика. Сейчас для западных элит Россия исторически уже не союзник по антигитлеровской коалиции, а источник новой угрозы для мировой безопасности.

– Нет ли здесь вины самого СССР?

– Доля вины есть. Авторитет Советского Союза как освободителя от немецкого ига был очень, велик и нас действительно тепло встречали. Но этот запас прочности мы и растеряли, навязав Восточной Европе «сталинскую модель социализма». После десятилетий коммунистического диктата полякам, венграм, чехам сложно было видеть в русских былых освободителей. Их память полностью изменилась, а объектами поругания стали мемориалы воину-освободителю. Печально, но памятник маршалу Коневу, освободителю Чехословакии, для постсоветской молодёжи Чехии стал символом сталинского завоевателя. Это очень обидно: Красная Армия и советский солдат руководствовались человеческими помыслами, а отнюдь не высокими запросами претворения в жизнь утопического «экспорта революции».

Кино и вожди

– Генералиссимус Сталин – герой или бездарный руководитель, который, по сути, «слил» начало войны?

– Тема «Сталин и война» не даёт покоя, и число работ по ней растёт. Беглый анализ литературы свидетельствует, что понимание роли вождя партии в войне характеризует два противоположных мнения. Первое – победа «благодаря» Сталину, вторая – «вопреки». Существует серьёзная, местами беспощадная критика действий советского вождя. Но есть и другая крайность – восхваление Сталина как организатора и вдохновителя победы советского народа. В то же время предпочёл бы воздержаться от «перехлёста» в определении степени вины Сталина за все неудачи и потери.

– А Жуков? С одной стороны – маршал Победы, с другой – жестокий военачальник, не жалеющий собственных солдат…

– Чем дальше от войны, тем больше небылиц о Жукове, хотя довольно сложно представить на его месте другого человека – более решительного и жёсткого. Наверное, только он мог довольно в резкой форме возражать Сталину. Между тем память о прославленном маршале переросла в яростную дискуссию о его компетентности и личных качествах. Его оценка до сих пор остаётся двоякой. Одни авторы изображают Жукова «душегубом», чуть не основным виновником неоправданных потерь советских солдат. Другие рассматривают как военного гения, внёсшего решительный вклад в Победу.

Считаю эту оценку более справедливой. Не случайно сам народ оценил заслуги Георгия Константиновича Жукова почётным званием «Маршал Победы».

– На ваш взгляд, как оценивают события войны современные фильмы? В чём разница между российским и советским кинематографом на эту тему?

– На роль профессионального кинокритика вряд ли подхожу, ни в коем случае не пытаюсь дать фильмам какую-либо оценку. Очевидно, что художественные фильмы играют большую роль в формировании «образа войны» в массовом сознании россиян. На моей памяти есть как достойные, так и сомнительные киноленты. Например, оставили хорошее впечатление «Звезда», «Мы из будущего», «28 панфиловцев», «Битва за Севастополь», некоторые сериалы. Но особо выделяется российско-белорусский проект «Брестская крепость». Сильное кино! Можно ли сравнивать, и даже проводить знак равенства между советскими и российскими фильмами по военной тематике? Скорее нет: это абсолютно разные продукты, снятые разными людьми и имеющие разное смысловое наполнение. Главное отличие в том, что советское кино создавали сценаристы, режиссёры и актёры, которые сами прошли войну, знали её изнанку, тонко чувствовали её нерв и мастерски воплощали на экране самих себя.

– Что для вас лично праздник 9 мая? Как будете его отмечать?

– В войне участвовали мои деды: по отцу – гвардии подполковник Илал Хисамеевич Муратов (1899–1985), который в январе 1943 г. был тяжело ранен, но несмотря на это обеспечил спасение от взрыва 29 вагонов с боеприпасами; двоюродный дед – полковник гвардии Бадри Хисамеевич Муратов (1909-1990), который 18 апреля 1945 года в ходе форсирования реки Одер вызвал огонь на себя и был ранен, выполнив боевую задачу; дед по линии матери – сержант Георгий Яковлевич Шиляев (1913-1980) и другие. По традиции побываю на могилах своих героических предков. Этой многолетней традиции стараюсь следовать постоянно, невзирая на погоду и иные обстоятельства.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах