Примерное время чтения: 8 минут
477

Обустроил красавeц-полицмейстер. История уфимского парка имени Якутова

public domain

В мае традиционно стартует садово-парковый сезон. В Уфе одно из любимейших, если не сказать культовых мест отдыха - детский парк имени Ивана Якутова. Пережив за свою историю множество утрат и преобразований, он, тем не менее, не утратил для уфимцев своей притягательности и популярности. 

Энтузиасты и бессребреники

Когда в 1903 году усатый красавeц-полицмейстер Генрих Бухартовский задумал устроить на месте бывшего военного лагеря «приличный парк» по образцу Ушаковского (ныне им. А.Матросова. – прим. редакции), дело казалось немыслимым: ни одного деревца, неровная земля, изрытая каменоломными шахтами. Кто-то, может, и отступил бы от смелого замысла, но не Генрих Генрихович.

Уже через год, в начале октября 1904-го, на центральные и боковые аллеи высадили тополя, привезённые из Пензенского училища садоводства. Бёрезы и липы купили у крестьян под Уфой. Посадка была поручена садовнику Томкевичу, оказавшемуся бессребреником: эту обязанность он счел почётной и отказался от оплаты своего труда. Помогал ему брандмейстер Н.А. Маныгин, который вёл расходы, нанимал рабочих и т.п. Так был заложен парк Народной трезвости, в 1918-м переименованный в сад им. Ивана Якутова.

В 1909 году на средства благотворительницы госпожи Фек вплотную к парку возвели евангелическо-лютеранскую кирху, прихожанами которой стали выходцы из Германии и стран Балтии. На территории самого парка построили чайный дом, сцену, библиотеку, павильон-читальню, где проводили лекции и ставили спектакли. В 1932 году было расчищено Солдатское озеро, на котором организовали катание на лодках. В мае 1936 году президиум Уфимского городского совета постановил создать детский парк, которому передать сад имени И. Якутова, стадион, озеро и территорию примыкающего Иоанно-Предтеченского кладбища. К тому времени уже была снесена кладбищенская церковь (на этом месте впоследствии выстроен Дворец пионеров).

В годы Великой Отечественной войны многие деревья в парке погибли от мороза и частично были вырублены. В конце 40-х началось восстановление зелёного хозяйства. К тому времени у «Зеленстроя» уже были свои питомники, некоторые породы заготавливались в пригородных лесах. Кроме того, на территории парка были оборудованы парники, задуманные ещё Бухартовским. Не случайно именно в «Якутовском» впервые стали проводить праздники цветов, ставшие потом общегородскими.

В традициях античности

Высаженные после войны деревья буйно разрослись. Старые тополя, тянувшиеся к небу с двух сторон, переплетались высоко над головой, образуя нечто напоминающее стрельчатый неф средневекового храма. Из сооружений особенно вспоминается «комната смеха» - павильончик с кривыми зеркалами: при виде собственных уморительных отражений мы, дети, хохотали как безумные. В круглой читальне на столах лежали подшивки главных партийных газет - «Правды» и «Советской Башкирии».

На аллее, ближе к детскому городку располагалась гипсовая скульптура - мальчик, обхвативший за шею гуся. Что-то сильно отличало его от пионеров с горном и барабаном, застывших в другом конце аллеи. Позже я узнала, что эта жалкая копия знаменитой античной скульптуры (как и пресловутая «девушка с веслом») украшает все парки СССР (а ранее - дворянские усадьбы).
К слову, предтечей «девушки с веслом» послужили греческие богини из Летнего и Царскосельского садов. В 30-е во многих парках СССР появились их дешёвые копии - символ «здорового духа в здоровом теле». «Гипсовый соцреализм» стал стремительно набирать силу. Самая главная «девушка» родилась в мастерской Ивана Шадра: в 1935 году 12-метровую махину установили в центре фонтана в ЦПКиО им. Горького в Москве. Но из-за своей «нарядной наготы» и излишней сексуальности она подверглась критике. Через год Шадр сделал новую, восьмиметровую - более женственную и скромную.

Но основой для тиражирования послужила «девушка» скульптора Ромуальда Иодко, современника Шадра. В отличие от коллеги он стыдливо приодел своих спортсменок в трусы и футболки. Именно такая стояла в Якутовском, на боковой аллее, ведущей к озеру.

По рельсам и по льду

В 50-е годы парк и его окрестности начали активно развиваться. Соседние улицы стали застраиваться, на месте старого кладбища возвели хлебозавод, а также роскошный по тем временам Дворец пионеров и школьников. В парке были разбиты тенистые аллеи, клумбы, устроены детские площадки. В 1952 году на центральной аллее был установлен бюст Ивана Якутова работы скульптора Тамары Нечаевой.

В мае 1953 г. открылась детская железная дорога – в свой первый рейс отправился поезд «Пионер Башкирии».

Паровоз был синий, с огромной красной звездой. Ехал он осторожно, бережно, особенно вокруг озера, словно ни на секунду не забывая о том, что пассажиры - дети. На озере вновь заработала лодочная станция, а по периметру установили скульптуры на тему детства и пионерии.

В 1955 г. появились входная арка со стороны ул. Ленина и колонны со стороны ул. Карла Маркса – яркие образцы сталинского ампира.

На парковом стадионе целыми днями крутили бодрые советские песни: «Не спи, вставай, кудрявая…», - неслось над улицей, городом. Несмотря на то, что через дорогу, был стадион «Труд» с огромным ледовым полем, многие обитатели окрестных дворов гурьбой ходили на небольшой каток в Якутовском. Он был уютным, в окружении деревьев, да и музыку по репродуктору гоняли поблагозвучнее: оперетту, советские хиты вроде «Ландышей». Старый парк к вечеру наполнялся скрипом полозьев и ребячьими голосами. Пахло хвоей - посреди катка всегда стояла ёлка. На этом ледяном пятачке были свои звёзды - те, кто хорошо катался, скользил плавно и уверенно, немного отстраненно от остальных.

Парадные и пожарные

За высокой решеткой, отделяющей территорию парка от ул. К. Маркса, в 50-е выросли новые красивые дома - «железнодорожные», как окрестили их в народе. Они заняли пустующее пространство, тянувшееся от улицы Революционной до площади Революции (ныне – площадь перед Управлением железной дороги. – прим. редакции). Первым, в 1953 году здесь появилось четырёхэтажное здание в стиле «сталинский ампир», украшенное угловой башенкой (ул. К. Маркса, 67). Его проектировал архитектор из Уральского отделения института «Союзтранспроект» А. Исаченко. А в квартире под башенкой долгие годы жила первая в Башкирии женщина - доктор экономических наук, профессор пединститута Анастасия Ивановна Грекова. Она рассказала, что изначально квартиру должен был получить сам Исаченко, и башенку он, вероятно, спланировал для чего-то необыкновенного: может, хотел телескоп установить или устроить маленькую мастерскую. Но что-то не срослось, и уехал архитектор обратно в Свердловск.

А в 1955-м вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР о преодолении излишеств в архитектуре и строительстве. Посчитали, что проектировщики слишком увлеклись, замечтались, начали бросать казённые деньги на ветер: «Людям жилья не хватает, в бараках живут, а тут лепниной балуются!».

На противоположной стороне, по улице Ленина вплотную к парку стояли две башни-каланчи: одна высокая кирпичная, другая пониже, деревянная. Она оказалась учебной. В заборе, примыкающем к парку, виднелись два лаза, позволявших бесплатно в любое время проникать в мир развлечений. «Пожарный» двор - так издавна называли здешние места. Там стояли три барака едва ли не прошлого века, где жили семьи рядовых огнеборцев. А на Ленина, 67, где возвышалась дореволюционная каланча, располагался кирпичный пристрой-общежитие для офицерских семей. При объявлении тревоги проживающие в нём пожарные бегом через запасной выход проскакивали прямо в здание части.

В 60-е в «пожарном» дворе появился трехэтажный кирпичный дом, который будущие жильцы возвели сами методом «товарищеской стройки». Стало ещё многолюднее. Весной и летом в распахнутые, тщательно вымытые окна вместе с зелёным шумом парковых аллей и щебетом их пернатых обитателей врывалась радость жизни. Случались и трагедии. Однажды утром в парке нашли труп молодого человека с самострелом. Выяснилось,  что у него были сложные отношения с тёщей, жившей по соседству, они постоянно ругались. На этот раз мужчина крепко выпил, сначала застрелил родственницу, а потом с обрезом направился в парк...

Огонь надежды

Когда о пожарах стали извещать по телефону, каланча опустела, и жившие по соседству с ней дети смогли впервые увидеть родной город с высоты птичьего полета. Уфа оказалась не очень-то большой, низенькой, заполонённой деревянными домами и бараками. Изредка просматривались высокие каменные здания, возведённые в 30-40-х, и совсем новенькие «сталинки». Многих сегодняшних улиц не было и в помине, например, Диагональной (50 лет Октября).

Приблизительно на том месте, где сейчас Дом печати, на ипподроме, построенном в XIX веке, проходили бега. Ещё дальше, за Ново-Ивановским кладбищем, где начиналась Восточная слобода, торчала ещё одна каланча. В начале века там была канатная фабрика братьев Кругловых. В 20-е годы из неё сделали пожарку - надстроили вышку. А ещё через несколько лет неподалеку на пустыре возвели Сельхозинститут. Кто тогда думал, что именно отсюда возьмёт начало одна из главных магистралей - проспект Октября?

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах