Примерное время чтения: 9 минут
504

«Министр видит отрасль иначе». Глава Минздрава Башкирии о медицине региона

Почему выпускники медвузов не идут в медицину? Как сохранить опытные кадры? Когда поликлиники в Уфе будут соответствовать новым стандартам? Что ждёт здравоохранение в ближайшем будущем? Наиболее актуальные проблемы медицины мы обсудили с министром здравоохранения Башкирии Айратом Рахматуллиным

Айрат Рахматуллин
Фото: Минздрав Башкортостана

Досье
Айрат Рахматуллин. Родился в 1987 г. в с.Угузево Бирского района. В 2010 г. окончил БГМУ, в 2017 г. защитил кандидатскую диссертацию. С 2011 г. работал неврологом в РКБ им.Г. Куватова, ассистентом кафедры неврологии БГМУ. В 2017-2018 гг. работал в системе Минздрава РБ. С 2019 г. - главврач Дюртюлинской ЦРБ, с 2021 г.-главврач ГКБ № 18 г. Уфы. С мая 2022 г. – министр здравоохранения.

Редкие кадры

Лиза Валиева, UFA.AIF.RU: Айрат Разифович, сразу о наболевшем: куда деваются врачи? Конкурс в медицинский университет огромный, при этом острый дефицит кадров сохраняется...

Айрат Рахматуллин: Наш вуз, действительно, является топовым с точки зрения популярности у абитуриентов. У студента медицинского университета очень непростой путь. Шесть лет специалитета, с третьего курса - практические занятия и ты уже буквально работаешь врачом. Затем клиническая ординатура – это еще до трех лет учебы, в зависимости от специализации. Итого восемь лет, чтобы получить сертификат узкого специалиста. На любом из этих этапов человек может передумать, не справиться с нагрузками. Например, не каждый первокурсник может справиться с эмоциями при посещении кафедры анатомии человека. Кто-то уходит с первого курса, кто-то на этапе завершения: диплом получили, а работать не хотят. Дефицит кадров не только у нас, такая ситуация сложилась по всей России.

– И какой выход из создавшегося положения?

– Во-первых, должна быть правильная профориентация на этапе поступления. Чтобы помочь выпускникам определиться с будущей профессией мы запустили несколько проектов. Один из них – «Я бы в медики пошел». Мы показываем школьникам наши колледжи, университет, больницы, чтобы они могли лучше представить, где и как им предстоит учиться, а потом и работать. Студентам предлагаем заключить целевые договоры на клиническую ординатуру. В прошлом году мы открыли Центр привлечения кадров, где реализуем свыше 300 дополнительных профессиональных программ и учебных мероприятий по 34 специальностям. Обучение здесь проходят не только опытные врачи, но и студенты колледжей.

– Получается, в отличие от промышленного сектора, где поспешили избавиться от училищ и техникумов, вы свои сохранили?

– Непросто сохранили, но и по поручению главы республики Радия Хабирова открыли новые филиалы в Нефтекамске, Месягутово, Учалах, Октябрьском. Раньше абитуриенты говорили, что не могут поехать учиться, допустим, из Нефтекамска в Бирск. Им ближе поступить в соседнем регионе. Сейчас мы им организовали 50 бюджетных мест в родном городе, пожалуйста, учитесь. Филиалы разместили на базе медицинских организаций. То есть мы сразу говорим: вот отделение, где ты будешь работать, вот врачи, с кем ты будешь работать, вот наша команда, и мы тебя ждем!

– А как сориентировать именно на тех узких специалистов, которых остро не хватает? Наверняка все хотят быть крутыми хирургами?

– Мы формируем целевые квоты в зависимости от дефицита. Перед каждым сезоном вступительных экзаменов решаем, каких квот больше дать: реаниматологов, узистов или неврологов, условно.

– Во время пандемии в медучреждения республики массово привлекли к работе студентов-старшекурсников. Интересно, многие тогда, испугавшись, решили сменить профессию? Насколько их помощь оказалась квалифицированной?

– Интеграция студентов в больницы – это не что-то новое, просто раньше это не было так заметно. Я сам с пятого курса работал медбратом, мои однокурсники также оказывали медицинскую помощь будучи студентами. Это все есть и было, но привлекло внимание в COVID, потому что в законодательную базу внесли дополнительные изменения, и студенты могли работать уже как врачи-стажеры. Мы благодарны университету, что и ординаторы, и старшекурсники подставили нам плечо: без них было бы сложно справиться с пандемией в пиковые моменты. Хочу отметить, что студенты, которые начинают работать во время учебы, как раз и остаются в профессии, потому что, видя пациента, проникаются эмпатией. Главный врач в свою очередь пытается мотивировать нематериальными средствами, чтобы оставить у себя хорошего студента.

Миллионы для фельдшера

–  А как сохранить уже действующие кадры?

– По-прежнему действуют программы «Земский доктор» и «Земский фельдшер». Мы занимаем лидирующие позиции по их реализации и находимся на втором месте в России по освоению федеральных средств. Также привлекаем в малые города и районы дефицитных специалистов. С прошлого года действует программа для специалистов первичного звена. При трудоустройстве в небольшие медорганизации с прикрепленным населением до 25 тыс. человек, врачи могут рассчитывать на выплату 3 млн рублей. В прошлом году этим уже воспользовались 50 специалистов. Это беспрецедентная мера поддержки. Врач приезжает в район, устраивается на работу, получает в первые три года по миллиону рублей, а администрация муниципалитета предоставляет жилье.

– Приходит молодой специалист в поликлинику: старое здание, как правило, на первом или в цокольном этаже жилого дома, в коридорах теснота. Из новых технологий – компьютер, куда вбиваются жалобы пациента. Кто захочет надолго задерживаться? Вот и уходят в платные клиники, где комфорт...

– Сегодня уже можно сказать, что инфраструктуру в районах мы поправили. За пять лет возвели 350 ФАПов. А столица до настоящего времени оставалась как бы в стороне. Но с этого года по поручению главы Башкортостана действует программа модернизации учреждений первичного звена Уфы, рассчитанная до 2030 года. В 2024-м на ремонт шести объектов и закупку оборудования направим 500 млн рублей. С каждым годом число реконструируемых объектов будет увеличиваться (всего их 118). Разрабатываем единый стиль, готовим современные проекты с комфортной средой и для пациентов, и для сотрудников.

– Процесс реформ в здравоохранении бесконечен. Тем не менее, какой должна стать сфера в итоге? Обычному обывателю видится как в кино: больницы оснащены как пятизвездочные отели, всё красиво, чётко, едва переступил порог – тебя чуть не на руках несут в кабинет...

– У нас есть четкое понимание в каком направлении мы двигаемся. Наша цель – повысить уровень удовлетворенности населения медицинской помощью. И здесь два важных показателя: доступность и качество. Работаем над созданием клинико-диагностических центров, чтобы пациент не ждал, а мог комфортно, своевременно и в одном месте пройти все обследования и получить результаты. Объединенные центры будут иметь большую пропускную способность. Еще один пилотный проект, который мы запускаем – «Доктор дома». Мы заложили 50 млн рублей на организацию и оборудование в Кузнецовском затоне самостоятельного врачебного участка, где прием будут вести терапевт и педиатр. Если на практике это существенно разгрузит поликлинику и сократит очереди к узким специалистам, то эксперимент растиражируем по всей республике.

Изменить подход

Уфимец, попавший в аварию на трассе М-7, рассказал: в больнице скорой помощи Набережных Челнов, куда его доставили, за полчаса провели необходимые анализы и исследования, в том числе КТ и УЗИ, собрали анамнез, выработали план лечения. Но когда его перевезли в уфимскую больницу, здесь-то он и ощутил разницу: только оформление заняло целый день...

– Нужно понимать разницу между экстренной и плановой помощью. В первом случае счет может идти на минуты и оформление документов уходит на второй план. В случае оказания плановой помощи акцент делают на сборе подробного анамнеза заболевания, что занимает больше времени. 

Согласен с тем, что помощь должна идти к человеку. Если требуется, то нужно прикатить к койке УЗИ, переносной рентген, вызвать нужных специалистов в палату. Все это требует изменения инфраструктуры. Приемные покои, которые были построены в 70-х годах, не рассчитаны на это. Современные медучреждения возводятся, учитывая оптимальную маршрутизацию пациента.

– Вы сами ведете свои соцсети? Не боитесь критики, иногда даже неадекватной? Как относитесь к жалобам? Переживаете?

– Соцсети дают возможность общаться с пациентами напрямую. Если человек обращается и обнажает какую-то проблему, мы должны ее решить. Каждое обращение требует внимания. Обратная связь очень важна, а конструктивная критика даже полезна. Но есть эпизоды, которые порочат честь врачей, когда пациенты необоснованно обвиняют коллег. В таких случаях мы с профсоюзом отрабатываем линию защиты, подаем встречные иски.

– Вы работали врачом в районной больнице, потом главврачом в Уфе. Что вы тогда думали о чиновниках от медицины? Насколько ваше представление совпало с реальностью?

– Врач и министр смотрят на отрасль с разных точек зрения. У министра более широкое понимание всей структуры вопроса, а главный врач отвечает только за свою организацию. Нагрузка у меня увеличилась в несколько раз, теперь меньше вижу свою семью. Но начал больше ценить время и возможность провести его с близкими людьми. Горжусь, что удалось сформировать команду, которая довольно эффективно справляется со всеми вызовами. У нас работает не так много людей, но на каждом из них лежит колоссальная нагрузка. Вот, к примеру, за год мы построили 98 модульных конструкций. На каждый ФАП нужно оформить землю, получить заключения от соответствующих структур, согласовать проект, а в имущественном отделе работают всего четыре человека.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах