Их вербуют за копейки. Полковник СК рассказал о диверсиях на ж/д путях

Теракты на железной дороге, аварии в воздухе и на воде, коррупция в транспортных компаниях — расследованием таких уголовных дел в России занимается специализированное управление Следственного комитета — СК на транспорте. Кто и почему совершает попытки диверсий? Какие происшествия происходят в поездах и самолетах? На чем наживаются взяточники в этой сфере? Об этом и многом другом в преддверии Дня сотрудника органов следствия РФ мы поговорили  с руководителем Уфимского следственного отдела на транспорте, полковником Дамиром Сабирзяновым

«Подработка» террором

Наталья Кузнецова, ufa.aif.ru: Дамир Камилевич, с 2022 года стали появляться новости о поджогах на ж/д путях. Сколько уголовных дел было возбуждено и по каким случаям?

Дамир Сабирзянов: На сегодняшний день уже завершено расследование четырех уголовных дел по преступлениям террористического и экстремистского характера на объектах транспорта. И в каждом из них обвиняемыми проходят по два-три несовершеннолетних. Они все заключены под стражу. Три дела направлено в суд. Причём суд не обычный, а военный окружной суд, который находится в Екатеринбурге.

По Башкирии у нас сейчас в производстве находится два уголовных дела. И трое несовершеннолетних содержатся под стражей. Одно из них — по факту поджога релейных шкафов в Янауле. Второе  — поджог релейного шкафа и сотовой вышки в пригороде Стерлитамака.

Все такие уголовные дела — однотипные. Преступления совершаются с использованием Telegram-каналов. Молодёжь ищет подработки, легкий заработок. Как правило, потом выясняется, что кураторы со стороны Украины. Сначала они просят за какую-то небольшую сумму сходить на объект и сфотографировать его, за это переводят деньги — криптовалютой, на карту. Или наличкой, через дропперов. Получив фотографии местности, эти кураторы просят сделать что-то уже посерьезнее.

— За какие деньги исполнители соглашаются на такие действия и через кого их получают?

— Как правило, сумма небольшая — 30-35 тысяч рублей.  Деньги переводят через наших местных жителей. Последний случай был — обычная девушка из Липецкой области. По сути, она стала дроппером и спонсировала терроризм. Мы это дело выделили в отдельное производство и отправили в территориальный отдел.

— Какой социальный портрет несовершеннолетних, обвиняемых по таким уголовным делам?

— Средний возраст — 15-17 лет, все они из обычных вполне благополучных семей, на учете не состоят. Студенты либо школьники, с достаточно хорошими характеристиками. На диверсии они идут не из идейных соображений. Единственная мотивация — деньги. В основном все они с сельской местности, где уровень доходов невысок.

«Ликвидированы ответным огнём». Диверсанты хотели взорвать завод в Коми Подробнее

Реальный срок — до 10 лет

— И что им теперь грозит за такую «подработку»?

— Обвинение предъявляем по статьям «Диверсия» либо «Террористический акт», по предварительному сговору или организованной группой, так как эти подростки действуют с куратором. И всех сразу заключают по стражу. Нет ни одного, кому бы мера пресечения была изменена на домашний арест, подписку о невыезде или запрет определенных действий. И всем им в любом случае дадут реальный срок, причем не малый. Например, за террористический акт по предварительному сговору или организованной группы предусмотрено наказание от 10-12 лет лишения свободы.

— Как выявляют таких преступников?

— Как правило, это происходит в течение суток после того, как они приходят первый раз сделать фотографию. Походил на объекте — цифровой след остался. Далее уже вскрывается переписка «с кураторами». До этого момента отследить переписку каждого подростка, конечно, нереально. Задерживают их, как правило, когда они приходят второй раз. В Стерлитамаке им удалось подорвать релейный шкаф, там был пожар, но чаще всего до этого не доходит.

— А как они себя ведут после задержания?

— Раскаяние наступает сразу же. Но как только появляется адвокат, все сразу начинают говорить, что хотели только заработать и не подозревали, что действуют в интересах Украины. Хотя, конечно, все понимают. Очень тяжело приходится родителям. Они нанимают адвокатов, пытаются их спасти, но обычно ничего не получается. Потому что все было зафиксировано, доказано, статьи тяжкие. Единственное — несовершеннолетним у нас нельзя дать больше 10 лет лишения свободы. Но вот по одному из уголовных дет, например, уже вынесен приговор — подросток получил 7 лет. То есть за 35 тысяч рублей свою самую яркую, активную молодость он потерял.

Грозит пожизненное. Задержан готовивший подрыв авто бойца СВО агент Киева Подробнее

Женский дебош и смерть на путях

— К другой теме — в поездах и самолетах попадаются дебоширы.  Вы такими случаями занимаетесь?

— Пьяных действительно ездит очень много, особенно в поездах. Если они просто хулиганят, то это на них составляют административный материал. Мы занимаемся случаями, когда дело доходит до оскорбления и применения насилия в отношении сотрудников полиции. Почему-то таких случаев много с пьяными женщинами — начинают ругаться, не могут успокоиться. Ответственность по таким статьям серьезная — до 5 лет лишения свободы.

— В апреле этого года поезд по маршруту Оренбург – Уфа сбил человека. Такие случаи — тоже зона вашей ответственности?

— Да, любое травмирование на железных дорогах, суициды — это уходит в работу к нам. Не по всем смертельным случаям, конечно, доходит до уголовных дел. Наша задача — проверить, правильно или нет действовал машинист и вынести процессуальное решение. Ведь при всем желании быстро затормозить такой состав нереально.

Суициды, к сожалению, тоже случаются. По нашей территории только в этом году было пять таких сообщений.

Но в последнее время больше случаев с животными. Дело в том, что после строительства трассы М12 нарушена тропа миграции лосей. Они начали ходить через железные дороги.  За этот год погибло уже 18 лосей.

— Сейчас разгар лета, наверняка, больше серьезных нарушений и на водных путях?

— Чаще всего приходится заниматься делами по оказанию услуг с нарушением правил безопасности движения и эксплуатации водного транспорта. Было дело, например, по Павловскому водохранилищу. Местный житель, кстати, адвокат, без каких-то разрешительных документов, лицензии построил плавдом. Сдал в аренду компании, там организовывались прогулки на катере, во время остановки отдыхающие купались. В итоге водитель не увидел, что в воде кто-то остался, завёл мотор и повредил одной женщине ногу так, что она скончалась. Осужден как сам водитель, так организаторы этого нелегального бизнеса.

Вообще, услуги по катанию на катерах, гидроциклах повсеместно оказываются с подобными нарушениями — без должного оформления, с непрофессиональными водителями и сопровождающими. Поэтому я бы отдыхающим такие услуги не рекомендовал.

«Вода не прощает ошибок». В Иртыше перевернулся катер с 10 людьми на борту Подробнее

Взятки за премии и дипломы

— К вопросу о коррупции: в прошлом году возбуждено уголовное дело о крупной взятке в отношении замначальника депо Дема в Уфе. Как продвигается расследование?

— В ходе расследования увеличилось число эпизодов взяток — до 18. По версии следствия, руководитель «закрывал глаза» на нарушения, допущенные машинистами, например, превышение скорости. Они фиксируются автоматически, и по каждому случаю руководитель должен был депремировать сотрудников. Он этого не делал, за что получал взятки. Представьте, если в бригаде 10 человек, от каждого — по несколько тысяч, таких бригад несколько, какая сумма набегает.

— За что в целом часто берут взятки в транспортной сфере?

— Недавно, например, отправили в суд дело в отношении преподавателя филиала Самарского университета путей сообщения. Обвинение предъявлено по 10 эпизодам взяток за написание дипломных работ и протекцию при защите. От каждого студента обвиняемый брал по 25 тыс. рублей.

В детском лагере транспортной компании под Уфой директор получала деньги за «мертвые души». Шесть человек было трудоустроено фиктивно, зарплата шла руководителю, в общей сложности — 700 тыс. рублей.

— Ваш отдел работает на такой большой территории. Сколько уголовных дел вы расследуете в год, какая нагрузка на сотрудников?

— Территория действительно большая, в год мы расследуем около 40 уголовных дел. В штате четыре следователя и руководитель. Все обладают большим опытом. Одна из наших сотрудниц, подполковник юстиции Гульназ Набиуллина недавно стала победителем конкурса «Лучший сотрудник Следственного комитета Российской Федерации». Вот какие кадры у нас есть, на них и держится вся работа! Она, кстати, бывает достаточно напряженная — никогда не знаешь, где и когда будет совершено преступление. По случаям, которые происходят очень далеко от нас, конечно, может выехать территориальный следователь, а потом передать материалы нам. А так мы привыкли, что график ненормированный, не жалуемся. Все знают, что в любой момент может случиться так, что надо пожертвовать чем-то личным и ехать осматривать, выяснять, расследовать. Потому что такая у нас работа.