Примерное время чтения: 7 минут
3471

«Он жаждет мести». Мама в Башкирии бьется за сына с экс-мужем из Абхазии

Алия в судах пытается отстоять свое право быть счастливой мамой.
Алия в судах пытается отстоять свое право быть счастливой мамой. / из личного архива Алии Имельгузиной / АиФ

Врач-терапевт из башкирского города Туймазы, 41-летняя Алия Имельгузина два года назад развелась с мужем в Абхазии. Женщине чудом удалось вывезти малыша, которого, по ее словам, содержали в неудовлетворительных условиях. Недавно бывший супруг приехал в Башкирию и нанял юристов. И теперь мама ребенка опасается потерять сына. 

Роман в знойном Сухуме

Работать в Абхазию Алия уехала десять лет назад, трудилась терапевтом в Республиканском реабилитационном центре инвалидов войны. Спустя четыре года жизни в Сухуме познакомилась с будущим мужем. 30-летний Ярослав работал айтишником. Мужчина из приличной семьи: мама является заместителем главврача в другой больнице. В 2017 году сыграли свадьбу.

Жить стали в трехэтажном доме мамы Ярослава: она занимала с дочерью второй этаж, а молодая семья – третий. Но свекровь, по словам снохи, ее невзлюбила. Главной претензией стало то, что новоявленная родственница – человек другого менталитета, не живет по абхазскому укладу.

«Я долго не могла забеременеть. Медицина в Абхазии, мягко говоря, пока не очень сильна, – рассказывает Алия. – В 2018 году решила пройти обследование и провести процедуру ЭКО в Туймазах. Беременность врачи тоже посоветовали провести под контролем. Ярослав же настаивал на возвращении в Абхазию, но я решила не рисковать. Устроилась терапевтом в поликлинику в Туймазах. К сожалению, первая процедура оказалась неудачной. Со второй попытки ЭКО в 2020 году родила сына, в Уфе».

Не поедешь – повешусь 

Полгода супруги прожили в Туймазах, где у женщины есть квартира. Но свекровь требовала, чтобы ее сын вернулся домой. Однако разразилась пандемия коронавируса, объявили карантин и уехать стало невозможно. Молодая мама испытывала постоянную тревогу из-за вируса – и за малыша, и за саму себя.
А между тем, вспоминает женщина, супруг устроил «моральный террор», все настойчивее требуя возвращения в Абхазию.

«В конце концов, он принес веревку, закатил истерику и сказал: "Если не поедешь, я вздернусь прямо в твоей квартире, и виновата будешь ты. Мне надо ехать домой", – вспоминает Алия. – Я согласилась, думала, у нас ведь все-таки семья, ребенку исполнилось тогда полгода. Когда мы приехали в Сухум, я поставила условие: жить отдельно, а не в родительском доме, самим строить свою жизнь. Поначалу он согласился и снял жилье, в котором мы прожили два месяца. А потом заявил, что у него нет больше денег на аренду, и мы переехали опять к его матери».

С возвращением в родительский дом ничего не изменилось. По словам Алии, свекровь постоянно психологически давила на нее, бесцеремонно вмешивалась в супружеские отношения, запретила звонить родителям и брату.

«Я особо не перечила. Но вскоре Ярослав начал здорово пить, становился очень агрессивным. В один момент у меня отобрали ключи и перестали выпускать из дома, двери и железные ворота наглухо закрывались. По вечерам пьяный муж устраивал сцены. То, что я кормила ребенка грудью, уставала, плохо себя чувствовала, его абсолютно не волновало. Доходило до насилия. Столько унижений и оскорблений я никогда не получала. А на мои жалобы свекровь всегда заявляла "терпи"», – рассказывает женщина.

Молодая мама, по ее словам, была на грани отчаяния. В один прекрасный день ей удалось спрятать телефон и позвонить брату. Ярослав, вернувшись, узнал об этом и ударил ее по голове, пообещав, что в следующий раз убьет. Она убежала на улицу просить помощи, но никто не помог. Малыша ей после этого так и не отдали.

По закону – отец, и ничего не сделаешь

Несчастная мама обращалась к правоохранителям, но там даже не приняли заявление, отнеслись к происшествию, по ее словам, как к сцене «укрощения строптивой».

«Я ходила и в органы опеки, в российское посольство – все безрезультатно, ведь Ярослав – законный отец ребенка. Несколько раз пыталась с родственниками забрать сына, но ничего не получалось. У меня есть видео, как мальчик жил в пустой комнате, играл на ковре надувными шариками и спал в углу на матрасе. Дверной проем снизу был заколочен фанерой, чтобы он не убежал. Возле матраса – его обувь и бутылка с водой. Сам ребенок был худым, неухоженным, голодным, раздетым. В таких условиях его содержали. Я все это время жила у знакомой женщины. Перепробовав и уговоры, и хождения по инстанциям, решила бороться до конца и подала в суд. Почти два года длились разбирательства, во время которых мне были разрешены свидания с малышом по полтора часа в день. В результате Сухумский городской суд и Верховный суд Республики Абхазии постановили, что ребенок должен проживать со мной. Это было в сентябре 2022 года. Но несмотря на это, ребенка мне не отдавали вплоть до января нынешнего года. Тогда я попросила брата помочь. Во время прогулки он отвлек внимание Ярослава, и я вывезла сына на погранпункт, где уже мне помогли абхазские пограничники. Вернувшись в Туймазы, я вышла на работу терапевтом. И сейчас все произошедшее вспоминаю как страшный сон».

Борьба продолжается

Вот только до мира в семье еще далеко. Отец ребенка добился отмены решения судов, дело направили на новое рассмотрение в Сухумский городской суд в ином составе судей. Оно до сих пор не рассмотрено.

В феврале Алия обратилась уже в Туймазинский межрайонный суд с иском об определении места  жительства сына. Решение по нему пока также не вынесено. Между тем в Туймазы неожиданно приехал экс-супруг, нанял двух юристов и также подал иск в местный суд об установлении порядка общения с сыном. Первое заседание должно пройти уже в середине ноября. 

«Ребенок ему не нужен, – уверена Алия. – Им движет чувство мести: наказать меня, унизить. Я написала заявления в полицию, межрайонную прокуратуру, обратилась в местный орган опеки. Недавно получила документ о запрете на выезд сына. Ради ребенка я снова пройду все эти бесконечные разбирательства. Увы, но на мирное соглашение, с ее слов, бывший муж не идет».

Высказать свою позицию UFA.AIF.RU попросил и вторую сторону. Сначала отец ребенка и его юристы дали подробный ответ, где не согласились по многим моментам с Алией, но когда материал был написан, решили отказаться от публикации своего мнения.

Хочется верить, что бывшие супруги найдут общий язык. Чтобы не страдал ребенок и не дошло до крайнего, когда семейный конфликт выливается в уголовное дело со страшным исходом. А таких случаев в последнее время немало.

Комментарий

Надежда Щукина, педагог-психолог молодежного центра «Лидер», г. Туймазы:

«В ситуации с Алией и Ярославом у последнего сепарация от родителей, на мой взгляд, полностью так и не произошла. Патронаж матери над семейными отношениями своего сына неприемлем для его супруги. Стремление постоянно вернуть под свое крыло сложившиеся семейные пары – трагическая ошибка, допускаемая матерями, которые не могут принять тот факт, что их сын – отдельный самостоятельный человек.

В таких ситуациях молодым супругам надо твердо отстаивать свое право на самоопределение. Непрекращающееся давление извне рано или поздно семью разрушит.

Трудно что-либо рекомендовать в положении, когда ребенок в токсичных отношениях между родителями стал предметом манипуляций. Надо всегда пытаться решать такие ситуации путем мирового соглашения, в этой истории я такого не увидела. Потому и возникают драматические истории с удержаниями и похищениями детей».   

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах