Примерное время чтения: 7 минут
516

Их личный Сталинград. Юная бирянка стала прототипом для создания монумента

Надежда Самойлова - в бронзе и в жизни (снимок 1945 г.)
Надежда Самойлова - в бронзе и в жизни (снимок 1945 г.) ГТРК Башкортостан

Четыре 16-17-летние швеи из Бирска отстирали от крови и грязи, а затем залатали и перешили несколько тысяч солдатских шапок, привезённых с фронта. Их трудовой подвиг запечатлён в монументе, посвящённом труженикам тыла, что в уфимском парке Победы.

Из школы – в швеи

Прототипом для создания восьмиметровой бронзовой скульптуры швеи стала юная Надежда Самойлова – это подтвердил автор монумента, известный российский скульптор Андрей Ковальчук. Из большого массива архивных документов и фотографий в качестве единственного прототипа он отобрал молодую девушку из Бирска, совершившую с подругами этот выдающийся по сути, но такой обыденный на фоне военных будней подвиг. Несколько лет назад Надежда Александровна рассказала подробности той истории.

Перед войной она окончила семь классов, а в конце августа вместо дальнейшей учебы школьниц объявили мобилизованными и направили работать в местный цех «Швейник», который выпускал военную амуницию, в основном меховые солдатские рукавицы.

Пролетели две тяжёлые военные зимы, а война, казалось, никогда не окончится. В семьи приходили похоронки, с фронта возвращались искалеченные, без рук или без ног солдаты. Женщины не столько ждали писем с фронта, сколько шарахались от почтальонов - вдруг похоронка или извещение о пропавшем без вести бойце Красной армии.

Примета того времени - постоянно включенное радио: оставшиеся в тылу жадно ловили каждую весточку с фронта. Правда, из-за нехватки электроэнергии оно работало всего 20-30 минут в день. Но именно эти минуты особенно ждали. «Самые важные сообщения и приказы Верховного главнокомандующего читал только Юрий Левитан, - вспоминала Надежда Александровна. - Его ждали, ему верили, даже сам могучий голос знаменитого диктора всесоюзного радио внушал уверенность в неизбежной победе над врагом».

Шапка с осколками черепа

В начале мая 1943 года Надежду и ещё трёх девочек - Светлану, Елену и Татьяну - вызвал начальник цеха и объявил об особо важном задании. На местную пристань из-под Сталинграда, где три месяца назад закончилась битва, прибыла баржа с пользованными шапками, которые нужно было починить до 1 октября. Они предназначались для солдат, выписываемых из уфимских госпиталей.

Сначала девушки подумали, что это будет обычная швейная работа. Но, когда пришли на пристань и откинули брезентовый полог, были потрясены: из трюма пахнуло тяжёлым, каким-то мертвенным запахом. Несколько тысяч шапок, сваленных в барже, были прострелены пулями, порваны осколками, вымазаны кровью и грязью. Местами попадались присохшие к шапкам осколки костей черепа, клочки волос и кожи. «Поняли теперь, какая там мясорубка была?» - прокомментировал хромой капитан допотопного буксира, притащившего баржу с берегов Волги.

Именно тогда до девушек дошло ужасное осознание того, что происходило в волжском городе, и какой ценой далась там Победа. Перетаскав шапки в склад у пристани, они дали себе клятву, что эта работа будет их Сталинградом. «Решили - умрём, но работу сделаем в срок», - рассказывала Надежда Самойлова.

Чудеса смекалки

Первым делом отмывали шапки от крови и грязи. Моющих средств не было - даже хозяйственное мыло было по карточкам. Но находчивые девушки нашли выход: прямо на берегу сварили щёлок, в нём и отмывали шапки. Руки разъедало от самопального средства, в ненастную погоду ноги сводило от холода, но работали девушки напряженно весь световой день и практически без выходных. Тут же на мостках сушили и чинили головные уборы. «Уставали, ещё как. Когда шли вечером домой, чуть ноги волочили. Но тогда в тылу все так работали», - вспоминала Н. Самойлова.

А тут ещё напасть - крысы. Почуяв запах крови, эти твари за одну ночь погрызли два десятка шапок. Вся работа могла пойти крахом, по законам военного времени можно было запросто угодить под суд.

Повреждённые шапки реставрировали, а Светлана в тот же день прикормила кошку, которая вертелась у пристани. На ночь её запирали в склад, и грызуны исчезли.

В августе на две недели зарядили дожди. Сушить шапки стало невозможно, и работа чуть не встала. Но выход нашёлся и здесь. «Я жила ближе всех к реке, на Кузнецкой (ныне - улица Фатхинурова), - рассказывала Надежда Александровна. - Папа вбил в стены нашей бани полсотни гвоздей. Всё было увешано шапками, в жарко протопленной бане они сохли очень быстро».

Надеяться только на себя

Кто-то подумает: проще было сшить новое обмундирование, а не латать старье. Но одеть всех солдат в новую форму тогда не было возможности. Сапог кирзовых и тех не хватало, многие солдаты ходили в обмотках. Фляжки для воды были обычно стеклянные - почти весь алюминий шёл в авиацию, а большая часть автомобилей на фронте, но особенно в тылу, были газогенераторными, и работали на дровах, поскольку бензина тоже не хватало. Пресловутый ленд-лиз в первые, самые трудные годы войны был больше на словах. «Все тогда понимали, что надеяться нужно только на себя, - вспоминала Надежда Александровна. - Помню, школьники ходили по домам и собирали пустые бутылки для коктейлей Молотова, медицинские пузырьки и склянки для повторного использования. У каждой школы и организации был план по сбору лекарственных трав и полезных растений».

Даже немощные старики пилили по установленному размеру чурки для газогенераторов, сушили их на печах и очень гордились, что вносят свою лепту в будущую победу.

Основные продукты во время войны были по карточкам. Поначалу особенно мучила людей нехватка соли. Но в окрестностях города были солёные источники. Оттуда горожане и стали возить крутой соляной раствор. Его хватало надолго. Очень выручали людей в войну огороды – они были у большинства бирян.

Новогодний вальс-бостон

Наконец, в конце сентября работа была сделана. Пожилой капитан из Уфы, который принимал её, поначалу даже не поверил, что такой титанический труд выполнили четыре худенькие девушки, и порекомендовал начальнику цеха поощрить сотрудниц. Но на эти слова молодые швеи не обратили внимания. И каково же было их удивление, когда через месяц с небольшим на торжественном собрании коллектива, посвящённом 26-й годовщине Октября, им вручили по отрезу бостона на костюмы! По тем временам - роскошный подарок! Бостон считался очень престижной тканью, не продавался даже по карточкам, а на рынке стоил огромных денег. Как удалось начальству выбить в горкоме партии ордер на ткань, осталось загадкой.

Учить подруг кроить и шить было не нужно, и вскоре они красовались в модных костюмах, которые, правда, надевали только по праздникам и редким выходным. Как вспоминала Самойлова, на новый 1944-й год они оказались самыми заметными и нарядными барышнями в районном доме культуры.

…Война закончилась, цех закрыли, девушки выбрали себе другие профессии, вышли замуж, завели детей и разъехались из родного города. Иногда встречались, вспоминали былое и удивлялись, как они, 16-17-летние смогли сделать такую работу? К сожалению, все четверо уже ушли из жизни.

Оглядываясь назад, Надежда Александровна уверенно говорила, что одним из самых счастливых моментов её жизни был тот стылый сентябрьский вечер, когда, сидя у костерка на берегу Белой, подруги осознали, что порученное им особо важное задание выполнено. «И хотя нас не награждали орденами и медалями, мы не считались участниками войны, а каждая из нас заработала в холодной речной воде болезни на всю оставшуюся жизнь, свой Сталинград мы тогда, на берегу Белой отстояли, а значит и жизнь наша прожита не зря», — заключала Надежда Александровна.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах